Тамбовское духовенство и Крымская война

Рубрика: Исследования
Метки:

Е. Д. Выжимов Тамбов, ТГУ им. Г. Р. Державина

Тамбовское духовенство и Крымская война 1833-1856 гг.*

С самого начала Восточной войны 1853-1856 гг. духовенство Тамбовской губернии деятельно отнеслось к работе по оказанию помощи Российской армии. В церквях края служились молебны о здравии воинов и даровании победы над врагами.

Православная церковь всегда имела народный характер: она стояла на страже истинного общего блага и высоких идеалов Российского государства. В связи с этим, и государство считало нужным обращаться за помощью и благословением к церкви, оказывая ей, в свою очередь, поддержку политической силой и материальными средствами. В манифесте Николая I мысль о единстве церкви и народа чётко прослеживается: «…Россия не забыла Бога! Она ополчилась не за мирские выгоды; она сражается за веру христианскую и защиту единоверных своих братьев, терзаемых неистовыми врагами».

Святейший Синод обратился к православным христианам с воззванием о борьбе за веру, царя и Отечество. Архипастыри выступили с высокопатриотическими речами, прочее же духовенство также поднимало патриотическое воодушевление и готовность к борьбе с врагами, и молитвой, и благодатным освещением. Священнослужители внушали прихожанам, что Крым — это наследие святого Владимира, исконно русская, православная территория, которую хотят отторгнуть от России иностранные державы.

В 1853 г. было необходимо, чтобы народ проникнулся сознанием и убеждением в правоте России в этой войне, а уже жертвовать за правое дело население всегда считало за честь. В тамбовских церквях священники, разъясняя долг верноподданных, побуждали народ к самоотверженной борьбе, и освящая участвующих в ней своим благословением.

Десятый частный рекрутский набор с восточной половины Российской империи явился первым военным набором в данной военной кампании. Набор начался 1 ноября 1853 г. Рекруты отправлялись на войну с чувством гордости за то, что у них появилась возможность послужить отечеству. Крестьяне проявили удивительную готовность исполнить повинность, и, выходя из меры видом и выражением совершенного удовольствия, говорили: «Слава Богу, и меня Бог удостоил послужить батюшке государю», те же, которые по каким-то недостаткам были не приняты на службу, завидовали своим товарищам, поступившим в рекруты.

После вступления в войну европейских государств положение России к концу 1854 г. оказалось тяжёлым. Император Николай I был вынужден издать 29 января 1855 г. манифест о созыве народного ополчения.

Постановлением Тамбовского губернского правления от 14 февраля 1855 г. о призыве государственного ополчения было решено просить духовную консисторию, чтобы текст манифеста был прочитан после божественной литургии при церквях для донесения этого документа до народа. По этому случаю, архиепископ Николай (Доброхотов; 1841-1857 гг.) рекомендовал духовенству в своих проповедях отмечать правоту действий России и говорить пастве о войне, как об испытании, посланным Богом.

Помимо духовной помощи церковь оказывала и материальную поддержку. Священники призывали прихожан жертвовать деньги и вещи на нужды ополчения, показывая тому пример. Так, в пользу раненых сестрами Знаменского Сухотинского монастыря было пожертвовано 30 руб., позже они пожертвовали для Тамбовской дружины № 177 образ Казанской Божьей матери, 40 просфор, 3 пуда пшеничного хлеба, 50 кур, 32 меры огурцов и 3 ведра вина. Монахини Кирсановского Тихвино-Богородицкого монастыря жертвовали иконы в серебряных окладах всем проходящим через уезд дружинам.

При непосредственном участии духовенства совместно с дворянством, купечеством и городскими общинами Тамбовской губернии, добровольно было пожертвовано для покрытия расходов в связи с призывом ополчения — 86704 руб. 12 1/2 коп. После полученного благословения предводитель Тамбовского дворянства Сергей Мартынович Лион заказал в Москве написание образа Тамбовской Божьей матери, который должен был быть вручён начальнику ополчения генерал-майору Жихареву.

На всех трактах следования по Тамбовской губернии, по инициативе духовенства, ополчению оказывалось радушие и предоставлялось угощение. Выступление каждой дружины Тамбовского ополчения из мест квартирования в поход проходило всегда в торжественной обстановке с обязательным вручением жителями уездов освященных икон в серебряных окладах.

Перед походом Тамбовские дружины № 177 и 178 были собраны в Соборной церкви г. Тамбова. Архиепископ благословил и освятил пожертвованные иконы и знамёна, которые после окончания войны были переданы в Кафедральный собор, где находились длительное время, как символ выполненного долга тамбовчан перед Отечеством. После обряда благословления началось торжественное шествие духовенства и ополчения, при колокольном звоне, в сопровождении бесчисленного народа от собора к ярмарочной площади за городом, где была устроена небольшая часовня. В ней родственники могли воздать молитву за здравие ратников и попросить Господа о скорейшем их возвращении.

В торжествах принимали участие сенатор генерал-лейтенант Мясоедов, начальник ополчения генерал-майор Жихарев, а губернатор действительный статский советник Данзас приветствовал речью: «в эти трудные, но славные минуты, когда верные силы России, как милости, с нетерпением ждут своей очереди повернуть достояние и жизнь к стопам возлюбленного государя своего — настал и ваш желанный час».

Не менее торжественно проходили проводы и в других уездах, при деятельном участии местного духовенства. Вот как описывали «Тамбовские губернские ведомости» выступление Лебедянского ополчения: «21 июля в 8 утра под звон соборного колокола, духовенство и прихожане всех городских церквей с иконами, крестами, хоругвями, при пении клиром священных песен заполнили всю соборную площадь. Священник Христорождественской церкви Чернеевский произнёс речь о даровании христолюбивому воинству победы над врагом. После освящения военного знамени дружины начальнику дружины был передан гражданином М.С. Игумновым образ Казанской Божьей матери».

После торжественных проводов дружины выступили на юг в сторону Азовского моря, для охраны побережья. Оторванность от семьи, родного дома очень тяжело переносилась ратниками, и вера в Бога выполняла связующую роль с родной землёй. Связь с православием прослеживалась даже в том, как были обмундированы ратники. Император повелел, чтобы крест на фуражке ополченца имел вензель его величества с надписью «за Веру и Царя».

Тамбовчане в свою очередь не забывали земляков в церквях, и соборах до возвращения ополчения проходили молебствования за здравие живых и за упокой погибших и умерших на войне. По окончании военных действий ополчение вернулось в губернию. Хотя Тамбовское ополчение и не участвовало в боевых действиях, но дома их встречали, как людей выполнивших свой долг перед отечеством.

С 5 по 14 июня 1856 г. тамбовские дружины входили в Тамбов. При вступлении в город дружины были встречены духовенством: в полном облачении. В честь ратников в тамбовских церквях проходили службы, после которых они проходили по площади перед домом губернатора церемониальным маршем, расходясь по своим уездам.

Таким образом, можно смело сказать о том., что православная церковь принимала деятельное участие в ходе войны, наряду со светской властью.

* Православная история и традиционная культура Тамбовского края: Мат-лы межрегион. науч.-практ. конф. 22-23 марта 2006 г. / Науч. ред. Л.Ю. Евтихиева. Тамбов, 2007. 254 с.

См. также:  «Оживает духовенство» | Об освобождении духовенство от службы в тыловом ополчении | О давлении на духовенство в Токаревском районе |

1 Комментарий

  • Владимир | Авг 10, 2012 at 08:20

    Надо бы побоьше такиз региональных исследований со ссылками на архивные документы.

Оставить комментарий